Абреки Шамиля [СИ] - Юрий Иванов-Милюхин

— Ловкий хлыщ, одной бабы не хватает, так другую подавай, — не замечая, что говорит сам с собой, негромко сказал Захар. — Богатый, наверное, мусью.

— О ком ты говоришь? — дернула его за пальцы соседка.

— О твоем друге детства, что стоит рядом с какой–то мадемуазелью, — недовольно пробурчал казак. — Видно, мало я ему по морде съездил, если он успел переодеться в военный мундир и успеть предстать пред ясные очи своего императора.

— Хочу тебя предупредить, Захар, что Вилен Карлсон обладает очень мстительным характером и от него можно ожидать всего.

— Ты решила меня напугать? — казак с улыбкой повернулся к девушке.

— Вряд ли тебя чем–нибудь испугаешь, — пожала плечами невеста. — Но кое–что знать ты обязан.

— Хорошо, я со вниманием тебя слушаю.

— Карлсон решил не участвовать в дальнейшей программе нашего семейного торжества, и это его странноватое решение настораживает. Дело в том, что здесь его чести никто не затрагивал, он сам пытался нанести оскорбление тебе, а вместе с тобой и нашей семье, — спокойным голосом продолжила собеседница. — Но после официальной части он все равно покинет зал и больше никогда не переступит порог этой крепости.

— А зачем ему возвращаться, когда рядом с ним стоит подружка как раз под него, — чувствуя, как грудь заполняется радостью, с облегчением сказал жених. Он не придал особого значения предупреждающей интонации, прозвучавшей в голосе Ингрид. — Пусть она не видная собой, зато у нее вон сколько золота с бриллиантами.

— Это его сестра Мэйми, а у драгоценностей, которые она нацепила на себя, не совсем благозвучная история, — девушка покосилась на стоявшую рядом с ее другом детства женщину. — Говорят, во время войны с Наполеоном отец Вилена ограбил какого–то французского аристократа и все богатства, которые нашел в его доме, присвоил себе. Там еще были какие–то церковные раритеты, но толком о тех сокровищах никто ничего не знает.

— Ирэн, не об этих ли раритетах обмолвился тот мушкетер, который врезался в нашу карету, когда мы ехали сюда? — встрепенулся казак. — Он как раз решил найти драгоценности, украденные у его родственника именно в то время.

— О том же говорила и его спутница. Но разве мало тогда было краж, — поджала губы девушка. — Мне бы не хотелось рассуждать на эту тему. И вообще, что я сказала, ты тут–же постарался забыть. Сплетничать у нас не принято.

— Это простое любопытство, Ирэн, — пряча в глазах странноватый блеск, усмехнулся про себя Захар. — Кстати, не являлось ли это главной причиной, из–за которой ты отказалась от помолвки со своим ухажером?

— Она была одной из многих. Главная же заключалась в злобном характере самого Вилена Карлсона. Спасибо деве Марии, что я вовремя успела его разгадать, — невеста кинула на собеседника быстрый взгляд и тут–же приказала не терпящим возражений голосом. — Перестаньте зыркать по сторонам и придумывать всякие глупости, господин русский казак. Его Величество король уже приближается к нам.

— Удивила, милая, мы с тобой успели поручкаться с самим императором Российской империи, — стараясь внутренне подобраться, весело ухмыльнулся жених. — А тут какой–то король маленького Шведского королевства.

— В чем дело, Захар! — округлила глаза невеста. — Ты решил меня оскорбить?

— Ни оскорблять, ни ссориться я с тобой не желаю, потому что я тебя люблю, — скороговоркой выпалил собеседник. — И в этом деле никакие самодержцы нам не указ.

Девушка возмущенно фыркнула, но тут–же приняла любезно–независимый вид, потому что монарх остановился буквально в паре шагов от молодых. Бернадот, выслушав признание в верности ему от прекрасно одетой супружеской четы, погладил мальчика лет десяти, стоящего между ними, по светлорусым волосам и сразу направился к Захару с Ингрид. Еще издали улыбнувшись раскованной улыбкой, он приблизился к дальней своей родственнице и поцеловал ее в щеку:

— Как ты расцвела, моя дорогая Ингрид, — ничуть не смущаясь того, что находящийся рядом кавалер девушки не понимает ни слова по шведски, с чувством сказал король. — А ведь я помню тебя еще маленькой девочкой, обожавшей собирать цветы во дворе этого замка. Они и сейчас растут вдоль суровых каменных стен, и распускаются под нескончаемый грохот морских волн вокруг.

— Вы правы, мой король, жизнь всегда пробьет дорогу к солнцу, даже если путь ей преградят каменные плиты, которыми уложен маленький дворик в этой надежной крепости, окруженной со всех сторон морем, — Ингрид вспыхнула пунцовым бутоном и присела в глубоком книксене. — Я тоже очень рада видеть вас, Ваше Величество, на нашем семейном празднике по случаю моей помолвки.

Профессор Мартти Свендгрен, стоявший среди сановных вельмож, решился из–за королевского плеча подсказать об успехах дочери:

— В этом году Ингрид успешно закончила университет в городе Санкт — Петербурге. Император Российской империи вручил ей на выпускном балу дорогой подарок.

— А моего жениха Николай Первый наградил золотой медалью, — быстро перешла на французский язык девушка, она с легким поклоном повернулась к своему соседу. — Это мой суженый Захар Дарганов, он из терских казаков, которые живут в предгорьях русского Кавказа.

— Вот как! — немного оживился король, до этого старавшийся держаться боком к спутнику невесты. Он тоже поспешил перейти на язык межнационального общения. — Мы наслышаны об этом отважном… народе, нам рассказывали, как терские казаки брали штурмом город Париж. Говорят, в последнем бою против императора Наполеона, терцы превзошли в отваге донских казаков под командованием атамана Платова.

— Именно так, Ваше Величество. Мой отец, Дарган Дарганов, был участником того боя с французами, за храбрость и за верную службу царю и своему отечеству он был награжден тремя Георгиевскими крестами, — чуть подтянулся Захар, который с раннего детства научился признавать лишь атамана своей станицы Стодеревской, да самодержца Российской империи. От последнего вместе с жалованьем он получал немалые казачьи привилегии. — Отец часто вспоминал про войну с Наполеоном Бонапартом.

— Очень интересно, — окончательно развернулся Бернадот к жениху своей подданной. — Ваш папа что–нибудь говорил вам про тот победный штурм?

— Не только отец, но и его друг есаул Гонтарь, и другие старые казаки тоже рассказывали. Байки про подвиги дедов и прадедов у нас передаются из поколения в поколение, — Захар оглянулся на невесту и на сносном французском языке продолжил объяснения. — Отец вспоминал, что после того, как платовцы овладели высотой перед городом Парижем, Александр Первый решил, что война закончилась. Донцов с гусарами и гренадерами отвели с передовой линии на отдых. И тут один французский полководец вывел свои полки из засады. Бой закипел с новой силой. Император вызвал тогда к себе генерала Ермолова, командира Кавказского корпуса. Под его командованием терские казаки поставили в той войне уже окончательную точку.